Заключительное слово о гениальности и бедах Ramones, сказанное человеком, который держал ритм и жил, чтобы рассказать об этом. Когда в начале 70-х панк-рок поднял свою шипованную голову, у Марка Белла было лучшее место. Молодой, но закалённый участием в Dust – прототипе американской метал-группы, Белл поселился в творческом и злачном Нижнем Манхэттене, где играл на барабанах в группах, которые сформируют рок-музыку на десятилетия вперед, включая коллектив Уэйна Каунти, который стал пионером транссексуального рока, и Richard Hell and The Voidoids, которые непосредственно вдохновили всю раннюю британскую панк-сцену. Если в панке есть королевские особы, то Марк стал одной их них в 1978 году, когда Джонни, Джоуи и Ди Ди из бунтарских Ramones посвятили его в рыцари под именем Марки Рамон. Группа упёртых изгоев отлично подошла для Марки, который одевался в панк-стиле ещё до появления панка и который привнёс свой «блицкриг»- стиль игры на барабанах, а также студийный и сценический опыт, необходимые группе для укрепления состава. Вместе они изменят мир. Но Марки Рамон тоже изменился. Чудовищный износ разобщённой группы, бесконечно колесящей по стране и миру в вэне – практически психиатрическом отделении на колёсах – привёл Марки от тусовок к алкоголизму. Когда его жизнь стала выглядеть бесконтрольнее, чем у Ди Ди, он понял, что есть проблема. В середине 80-х Марки оставил музыку, чтобы излечиться, а после вернуться и помочь Ramones наконец-то получить полагающееся одной из величайших и самых влиятельных групп всех времён. Русское издание включает вступительное слово Дмитрия Спирина, старого, прожженного фаната Ramones. Издано совместно с Clockwork Punk.
